Следующий
сингл Уитни в октябре 1990 года дал название 3-ей пластинке, которая
была выпущена позже в этом же году. Название "I'm Your Baby Tonight"
ясно дало понять, что это будет исключительно танцевальный альбом. Уитни
придала песне мощное гортанное звучание со свободными
джазовыми пронзительными визгами и криками. Таким образом, вышел отличный сингл и заглавный трэк,
в котором Уитни соединила, на первый взгляд, сиюминутное волнение от любви
и неотразимый, страстный ритм поп-песни. Нет ничего удивительного
в том, что песня стала популярной - только женщина такого класса могла
придать песне про страсть на одну ночь звучание песни о любви!
"I'm Your baby Tonight" была номинирована на Grammy за "Лучшее женское вокальное исполнение в стиле поп" в 1991, но проиграла недавно появившейся Мэрайе Кери с песней "Vision Of love" - одна их многочисленных исполнительниц, которые появились в конце 80-х и претендовали на трон Уитни Хьюстон. Однако состязание не стало особенной неприятностью для Уитни, которая была уверена в своей харизме и неподражаемости. Как она говорила позже: "Люди, которые идут и покупают мои альбомы, покупают их ради меня. К тому же я была первой в любом случае [смеется]… все кто пришли, появились точно после. Говорят, что не я звучу как Мэрайа, а Мэрайа звучит как я, вы понимаете, что я имею в виду?".
Сказать,
что альбом "I'm Your Baby Tonight" был долгожданным в большой поп-музыке
- это все равно, что ничего сказать. Несмотря на то, что Уитни
регулярно появлялась в чартах с синглами, весь мир 3,5 года ждал появления
нового альбома Уитни Хьюстон. Выпущенный в 1990 "I'm Your
Baby Tonight" стал главным переломным моментом карьеры Уитни,
она вошла в 90-е с возобновленной страстью к поп-музыке в ее разных проявлениях.
Альбом
"I'm Your Baby Tonight" начинается с трех совершенно разных
синглов: танцевальной заглавной песни, хип-хоповой "My Name 
Is
Not Susan" и мощной "All The Man That I Need", в
которой голос Уитни сопровождает яркое звучание саксофона и открывает новую волну красоты звука. Она становится 9-ым синглом №1 Уитни
в декабре 1990. "Love For Life" - беззаботная, подвижная
простая поп песня, но в ее тексте присутствует некоторый шарм, потому
что любовная интрига в ней представлена как судебный прецедент: "Ты
слышал мои показания, ты видел мои доказательства, это преступление страсти,
в любом случае… ты приговоришь меня быть твоей любимой на всю жизнь?".
("You've heard my testimony, you've seen my evidence, hey it's a crime
of passion, in every sense... will you sentence me to be your lover for
life?")
Продюсеры Бобби Брауна Ла
Рейд (LA Reid) и Babyface работали над двумя треками: "Anymore"
и "Miracle". Их влияние особенно заметно в "Anymore"
- проникновенной песне с неторопливым ритмом, в которой сильная
сторона Уитни отвергает поклонника, который не удовлетворяет ее
требованиям. 
Ее
резкий вокал показывает, что вопреки романтичному образу, она может вести
себя так же каатегорично, как любой другой человек. "Miracle"
еще раз представляет Уитни как исполнительницу чарующих, душераздирающих
баллад. В этой самой длинной песне в альбоме голосовые возможности Уитни
проявляются в самой полной степени.
"I Belong To You" заимствует запоминающийся мотив "Just be Good To Me" группы SOS. У этого трека - одного из трех, написанных Нарадой Майклом Волденом, уникальная "фирменная" аранжировка со спокойным саксофоном и мелодичной ритмичной гитарой. Эта песня была выпущена синглом в 1992, но пользовалась не большим успехом в чартах. "Who Do You Love" стала первым сотрудничеством Уитни с соул-певцом Лютером Вандроссом, а аннотации в буклете альбома обещают, что можно ожидать его продолжение. Мать Уитни, как известно, его любимая певица, и он пригласил ее петь в своем первом альбоме.
"We
Didn't Know" - еще одно первое сотрудничество, на этот раз с гениальным
автором песен Стиви Уандером (Stevie Wonder). Когда 2 мега-звезды
находятся в студии вместе это опасный эксперимент, но результате все звучит непринужденно. Хотя в "We Didn't Know" доминирует
оригинальный стиль Стиви, они с Уитни звучат вместе отлично, и до сих пор остается загадкой
почему эта песня не была выпущена синглом.
Это, безусловно, было бы грандиозно.
"After We Make Love", наверное, запоминается больше благодаря своему смелому названию, чем довольно сентиментальному тексту (неловкое сочетание религии и секса), но завершающая "I'm Knockin'" правильная по направленности. Это была первая проба Уитни в сопродюсировании со своим музыкальным директором Рики Майнором (Rickey Minor), и песня была отличным выбором для нее. Мелодия была почти эксклюзивно подобрана для вокала Уитни - и главный, и бэк вокал. В "I'm Knockin'" у нее был шанс поиграть со своим голосом в студии - полезный опыт на будущее.
Альбом был сравнительно не успешный в Великобритании и США, достиг №4 и №3 соответственно. Айн МакКанн (Ian McCann) в английской музыкальной газете "NME" поставил альбому почти беспрецедентный ноль из десяти, комментируя разочарование: "Уитни поет лучше, чем когда б это ни было, ну и что?.. Завтра ночью, Уитни, будет вашей девочкой и шокирует всех". Вероятно, резкое изменение стиля стало разочарованием для многих поклонников, благодаря которым первые 2 альбома стали такими успешными. В любом случае, "I'm Your Baby Tonight" не тот альбом, которого мир ждал от нее, хотя это, конечно, большой шаг, и те же самые фаны вскоре вернулись к ней, при чем стали еще более преданными.
В
1991 Уитни хорошо использовала свою популярность, выручив большую
сумму денег на благотворительность. Ее пригласили на открытие церемонии
25th Superbowl на стадион Joe Robbie, Майами, Флорида, чтобы исполнить
традиционный гимн "The Star-Spangled Banner". Ее выступление
было презаписанным, это была окончательная версия гимна,
и общественный спрос привел к выпуску сингла и видео. В
истинном стиле Уитни Хьюстон, запись попала в американскую двадцатку,
и было выручено $500,000 для жертв граждан Войны в Мексиканском Заливе.
В мае Уитни со своей группой музыкантов выступила с живым концертом
в "Simple Truth" в Лондоне на стадионе Уэмбли, чтобы выручить деньги для
Курдских беженцев. Американский Красный Крест выразил ей признательность
за усилия по сбору денежных средств.
Поклонники, которым еще не довелось увидеть Уитни вживую, смогли наконец увидеть все самое лучшее в апреле 1991. "Whitney Houston Live" - яркий концерт в Норфолке, Виржиния на восточном побережье США 31 марта 1991 года. Концерт впервые транслировали по "Home Box Office (HBO)" на американском телевидении, под названием "Welcome Home Heroes with Whitney Houston", и, конечно, в то время это вызвало некоторые противоречивые отзывы.
Шоу
в Норфолке во многом было предварительным пробой перед турне 1991. Аудитория,
состоящая из военнослужащих и женщин, которые участвовали в войне в Мексиканском
Заливе, чтобы защитить свою страну, и ужасно переживали за жизни друзей,
семьи и любимых, которые находились под угрозой. "Приятно видеть
вас всех дома целых и невредимых, - говорила Уитни, - Как
я поняла, там еще осталось несколько наших отрядов, так этот концерт и для
них тоже!". После шума аплодисментов, Уитни продолжила:
"Правильно - пока они все вернутся домой.. Пока они все вернутся
домой... Я думаю, следующая песня опишет… как вы чувствовали себя, когда
заключили в объятия своих любимых, и я знаю, вы были вместе всю
ночь! Я знаю!" - и саксофон Кирка Велиама (Kirk Whalum)
начал играть блюзовую мелодию песни "Saving All My Love".
Во время зажигательной "How
Will I know", танцоры Уитни присоединились к ней,
а бэк - вокалисты подпевали мелодию. Это была измененная блюзовая вариация
песни. Выскочив за кулисы, Уитни подготовилась ко второй части
шоу, облачившись в красивое красное вечернее платье. Появивши
сь
потом на металлическом возвышении и изящно спустившись вниз, она приняла
открытки от наиболее заносчивых мужчин в зале, скромно спросив их: "Я
хочу спеть вам несколько песен о любви. Хорошо?". Уитни
начала замедленную и эмоциональную версию "Didn't We Almost
Have It All" в начале почти без аккомпанемента, но с нежным
звуком фортепиано на дальнем плане, которая в кульминационный момент плавно
перешла в смесь классических "A House Is Not A Home"
и "Where Do Broken Hearts Go" Берта Бахары
(Burt Bacharach) - Хола Дэвида (Hal David).
Бурные аплодисменты сорвала "All The Man That I Need". Во время исполнения Уитни кропко сжимала в руке платок, ее лицо и декольте покрылось испариной, и она эмоционально закрывала глаза, напряженно переживая этот момент.
Третий
акт шоу начался с барабанного боя ритма "My Name Is Not Susan"
в то время как Уитни и ее танцоры были на поднятой площадке, сооруженной
на сцене. В мятно-зеленых лосинах и обуви, соответствующих мини-платью
с блестящей серебряной надписью "WH" Уитни воспользовалась
радио-микрофоном и наушниками, чтобы много двигаться в этой части шоу.
Для "My Name Is Not Susan" танцоры оделись в разноцветные
льняные костюмы, и Уитни, как всегда, продемонстрировала, что ее голос
настолько сильный, что она может петь очень долго независимо от темпа.
Чтобы немного отдохнуть от танцевальных номеров, Уитни на некоторое время осталась одна в центре внимания, исполняя балладу о любви "A Song For You". Хотя вскоре сцена оживилась цветами и светом для исполнения госпл-гимна "Revelation", и когда Уитни сказала: "Сложите руки вместе Богу", зрители с готовностью подчинились. Приятная мелодия "Revelation" дала Уитни возможность представить своих музыкантов и показать ряд кратких соло каждому исполнителю.
Затем Уитни одела морскую кепку, которую подарил один морячок во время исполнения "Didn't We Almost Have It All". В тот момент Уитни как раз вышла в длинном красном платье и ответила подарившему, что кепка не подходит к ее платью, но пообещала одеть ее позже. Вот тут Уитни сдержала слово и исполнила в ней "Who Do You Love", активно протанцевав вместе с четырьмя танцорами. После такой же обработки "I'm Your baby Tonight", Уитни в очередной раз сменила костюм на элегантное синее атласное платье с открытыми плечами и закончила концерт песней "Greatest Love Of All". Во время исполнения Уитни ласково выманила на сцену маленького мальчика. Это зачаровывающее выступление было очень волнующим, каждый ощущал этот дух благодарности общества за военные заслуги.
После трансляции концерта по американскому телевидению известный критик Роберт Хилберн (Robert Hilburn) осудил Уитни Хьюстон за эксплуатацию эмоций семей и близких военнослужащих, утверждая, что мотивация выступления мисс Хьюстон, была подозрительно непонятной. Однако надо отдать им должное, газета дала возможность продюсеру HBO Энтони Итону (Anthony Eaton) восстановить справедливость двумя неделями позже. "Мы сделали шоу для вернувшихся военных и женщин, - писал Итон, - и они пришли. Они пришли и действительно хорошо провели время в Норфолке". Пытаясь "оправдать" выступление "Welcome Home Heroes", Итон обратил внимание на восторженную реакцию публики. "Моряки танцевали с армейскими лейтенантами, - с гордостью заявил он, - военно-воздушные силы пели с офицером береговой службы, солдаты робко вручали цветы Уитни, гордые семьи с собравшимися мамочками и папочками, и, конечно, морские пехотинцы свешивались с балконов".
Заканчивая возмущенное опровержение, Итон похвалил чистоту и искренность Уитни. "Вопреки заявлению Хилберна, Уитни невероятный человек. На этапе повышенной амбициозности исполнители пробуют различные трюки, чтобы завоевать внимание публики, и может необычно видеть исполнительницу, работа которой построена только на выдающихся вокальных данных".
Мировое
турне Уитни было далеко не провальным, но реакция посетителей
была разной, что не удивительно после низких продаж ее третьего альбома.
В "New York Times" Питер Ватроуз (Peter Watrous) дал
язвительное ревью ее возвращению в Madison Square Garden в июле. Не смотря на то, что
зал был полностью заполнен, он заявил, что посетители
концерта в основном "не были в восторге" и сказал, что у Уитни
были явно видны недостатки выступления. "Она неестественная исполнительница,
- сказал он, - и у нее нет больших риторических способностей,
необходимых, чтобы убедить огромный зал в своей искренности. В номерах,
в которых нужна акробатика, она очень неуклюжая, неловкая и появляется
ощущение, что она внезапно проснулась и обнаружила себя в теле
какого-то другого человека". Тот же самый критик кисло описал
ее музыкантов как "гремящие вокруг вроде бутылок на кухне",
что возникало ощущение, что они "стараются заглушать любое ее пение, которое
в любом случае не было бы хорошим". Он признал, что песни,
благодаря которым Уитни называют "глубокая блюзовая госпел
тональность" несомненно отличались, и сказал, что "при правильных
обстоятельствах она может быть популярной певицей как любой в поп-музыке".
Когда шоу перебралось в Великобританию месяцем позже - с ярким освещением, светопропускающим экраном, видео экранами, перемещающимся подиумом, фейерверком и всем остальным, некоторые критики стали еще менее терпимыми. В "Guardian" Каролин Сулливан (Caroline Sullivan) открыто заявила: "первоначально запланированное на весну турне Уитни Хьюстон было отложено, когда из-за непредвиденных обстоятельств в Мексиканском Заливе у нее заболело горло". Билеты в Бирмингемский NEC и в стадион Уэмбли в Лондоне были почти распроданы, но Сулливан сравнила шоу с кабаре.